. В противоположность кантов-ской эпохе средневековая система этики развивалась в обществе с умеренным динамизмом, где институты регулировались главным образом традицией. В таком обществе заведомое конкретное "материальное" определение "правильной" модели поведения не было неосуществимым.
  Происходящий в настоящее время переход к формализму характеризуется тенденцией, в соответствии с которой главное моральное значение придается не реальному внешнему поведению и его видимым последствиям, а намерениям индивида. Именно кантианство является наиболее ясным выражением этой Gesinnungsethik51, которая исторически представляет собой не что иное, как развитие протестантской идеи о том, что для любого действия преимущественное значение имеет совесть. С социологической точки зрения, выделение
   [513]
  
  мотивов действия индивида адекватно такому миру, в котором существует мало шансов предсказать даже самые непосредственные последствия любого действия, поскольку он живет в обществе, характеризующемся неплановостью, границы которого, кроме того, постоянно расширяются, изменяются, и в целом оно характеризуется высокой социальной мобильностью и слиянием культур. Интересно отметить, что то, что Макс Вебер52 назвал Verantwortungsethik53 (в противоположность чистой Gesinnungsethik), т. е. нравоучением, согласно которому индивид должен предвидеть хотя бы некоторые непосредственные последствия своих действий и отвечать за них, выступает в последнее время на передний план. Это происходит, по-видимому, потому, что в нашем обществе сокращаются области свободного приспособления: вместо них по мере организации большинства сфер действия развиваются области, где преобладают стандартные модели, в которых возможно предсказать хотя бы непосредственные последствия действий индивидов. Следовательно, ответственность за эти действия становится вполне обоснованным требованием.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-217 * збірник літератури №35 * >>>далее>>>