жут, все равно у них будет гудеть в ушах: "продажный писатель", "наемный оратор"; тот, кто внутренне безоружен против такого к себе отношения и неспособен самому себе дать правильный ответ, тот пусть лучше подальше держится от подобной карьеры, ибо, во всяком случае, этот путь, наряду с тяжкими искушениями, может принести постоянные разочарования.
  Так какие же внутренние радости может предложить карьера "политика" и какие личные предпосылки для этого она предполагает в том, кто ступает на данный путь?
  Прежде всего, она дает чувство власти. Даже на формально скромных должностях сознание влияния на людей, участия во власти над ними, но в первую очередь- чувство того, что и ты держишь в руках нерв исторически важного процесса, - способно поднять профессионального политика выше уровня повседневности. Однако здесь перед ним встает вопрос: какие его качества дают [c.689] ему надежду справиться с властью (как бы узко она ни была очерчена в каждом отдельном случае) и, следовательно, с той ответственностью, которую она на него возлагает? Тем самым мы вступаем в сферу этических вопросов; ибо именно к ним относится вопрос, каким надо быть человеку, дабы ему позволительно было возложить руку на спицы колеса истории.
  Можно сказать, что в основном три качества являются для политика решающими: страсть, чувство ответственности, глазомер. Страсть - в смысле ориентации на существо дела (Sachlichkeit): страстной самоотдачи "делу", тому богу или демону, который этим делом повелевает. Не в смысле того внутреннего образа действий, который мой покойный друг Георг Зиммель обычно называл "стерильной возбужденностью", свойственной определенному типу прежде всего русских интеллектуалов (но отнюдь не всем из них!), и который ныне играет столь заметную роль и у наших интеллектуалов в этом карнавале, украшенном гордым именем "революции": утекающая в пустоту "романтика интеллектуально занимательного" без всякого делового чувства ответственности.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-74 * збірник літератури №35 * >>>далее>>>