ногих, в конечном счете - одного лица, стоявшего во главе партии. Ибо в либеральной партии указанная система возникла в связи с приходом Гладстона22 к власти. Именно ослепительный блеск Гладстоновой "большой" демагогии, непоколебимая вера масс в этическое содержание его политики и прежде всего в этический характер личности Гладстона привели эту машину к столь стремительной [c.678] победе над уважаемыми людьми. В действие вступил цезаристски-плебисцитарный элемент политики: диктатор на поле избирательной битвы. Данное явление обнаружило себя очень скоро. В 1877 г. Caucus впервые действовал на государственных выборах. Результат был блестящий: крушение Дизраэли23 в самую пору его больших успехов. В 1886 г. машина была уже настолько харизматически ориентирована на личность, что, когда встал вопрос о Гомруле24, весь аппарат, сверху донизу, не спрашивал: стоим ли мы объективно на платформе Гладстона? Аппарат просто совершал повороты по слову Гладстона, заявив: "Что бы он ни делал, мы ему подчинимся", - и изменил своему создателю, Чемберлену.
  Этому механизму потребовался значительный аппарат сотрудников. Как-никак в Англии около 2000 человек живут непосредственно за счет политики партий. Правда, гораздо более многочисленны те, кто участвует в политике лишь в погоне за должностями или в качестве претендента [на выборах], особенно в рамках общинной политики. Наряду с экономическими возможностями у умелого политика, связанного с Caucus, имеются возможности удовлетворить свое тщеславие. Стать "J. Р."25 или даже "М.Р."26 - естественное стремление высшего (нормального) честолюбия, и таким людям, которые продемонстрировали хорошее воспитание, были "gentlemen", это выпадает на долю. Высшая награда, манящая в особенности крупных меценатов, - бюджет партии, пожалуй, на 50% состоял из взносов неизвестных дарителей, - достоинство пэра.
  Каков же был эффект новой системы? Тот, что ныне английские парламентарии, за исключением нескольких

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-74 * збірник літератури №35 * >>>далее>>>