первого года французской революций.
  Напуганная французской революцией императрица увидела в книге Радищева "рассеивание заразы французской: отвращение от начальства". "Давно мысль его готовилась по взятому пути, а французская революция его решила себя определить в России первым подвизате-лем". Однако большая часть книги Радищева и ода "Вольность" написаны задолго до революционных событий во Франции, а основным источником мыслей и выводов автора была феодально-крепостническая действительность самодержавной России. "Я взглянул окрест меня, - начинается "Путешествие", - душа моя страданиями человечества уязвленна стала".
  Книге предпослан эпиграф: "Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй". Описание встреч, событий, впечатлений путешественника вырастает в жуткую картину беспросветного произвола и беззакония, насилий и издевательств помещиков и чиновников над беззащитными крестьянами.
  Содержащаяся в "Путешествии" критика "злых помещиков" тем отличается от журнальной критики отдельных пороков и недостатков, что впервые в русской литературе крепостное право осуждается как "зверский обычай порабощать себе подобного человека", как система, при которой от "доброго помещика", пожалуй, даже больше вреда, чем от "злого", хотя бы уже потому, что сколько-нибудь просвещенный крестьянин еще болезненнее чувствует и труднее переносит свое бесправие. "Крестьянин в законе мертв", - писал Радищев о законодательстве самодержавной России.
  Радищев доказывал несостоятельность крепостничества с позиций теории естественного права. Положительный закон должен иметь основание в естественном законе; по природе все люди равны, и если одни порабощают других, то "тут никакой не можно быть связи, разве насилие". Крепостное право противоестественно, потому оно является не правом, а насилием, которому порабощенные могут противопоставить силу же; оно противоречит общественному договору, поскольку общество

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-645 * збірник літератури №35 * >>>далее>>>