самого Петра I, то он разделял сложившийся в XVI — XVII вв.
  взгляд, что русский монарх является цесарем и преемником византийских
  императоров ещё со времён Киевской Руси. Об этом свидетельствует
  собственноручная записка царя-преобразователя о русском гербе, датируемая
  приблизительно 1712 — 1718 гг. Вот её текст: «[Сей герб] Сие имеет свое оттуду,
  когда Владимир монарх расийскую свою империю разделил. 12 сынам своим, из
  которых Владимирския князи возимели себе сей герб С.Егория, но потом Ц.Иван Ва.,
  когда монархию от деда его собранную паки утвердил и короновался, тогда орла за
  герб империи росиской принял, а княжеской герб в груди оного поставих» 27.
   Восприятие в первых десятилетиях XVIII в. терминов «царь», «цесарь»,
  «император» как синонимов означало, что в 1721 г. русская сторона сознательно
  шла на компромисс, вводя, вопреки собственным представлениям, отличие прежнего
  титула «царь» от нового «император». Быть может, именно с этим были связаны
  возражения Петра I на поднесение ему нового титула, а также стремление
  современников события подчеркнуть, что имперский титул не является чем-то новым
  для России. Иностранным послам в Петербурге, например, сообщалось, что титул
  «император всея России» и прежде носили предки Петра, «что это не есть
  нововведение». Тот же довод прозвучал и в проповеди Феофана Прокоповича «Слово
  на похвалу... памяти Петра Великого», где отмечалось, что и до принятия

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-38 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>