ный путь созидания государственного права'. На деле же, сетует он, 'юристы, хотя и имеют своей задачей не только теоретическое изучение государственных явлений, но главным образом искусство наилучшего управления, оставляют без должного внимания законы самих явлений'88. Вслед за основателями ПИРК Тихомиров подробно останавливается на негативных последствиях, проистекающих от самоизоляции лиц, посвятивших себя служению праву, в границах формального анализа правовых норм.
  Однако, как относились консерваторы дореволюционного периода не к обычаю вообще, а к обычаю конкретному, к реальной возможности использования его в правоприменении? И здесь мы сталкиваемся с очевидной двойственностью. С одной стороны, предпочтение консерваторами обычая как источника права проявлялось в желании расширить сферу его применения посредством расширения компетенции институтов, использующих в своей правоприменительной практике обычай. В этой связи, в частности, речь шла о третейском суде, ибо его 'вершат люди, сведущие в обычаях и не формалисты'89.
  С другой стороны, противоречие между традиционализмом и этатизмом, равно присущих русскому консерватизму, наглядно выявилось в неоднозначном отношении ПИРК к волостным судам, совершающим разбирательство по малозначительным гражданским и уголовным делам. Суды эти предназначались для крестьянского населения и руководствовались в основном именно обычным правом. Консерваторам, как традиционалистам, было по вкусу то, что волостной суд отгорожен от новейших тенденций законодательства и правоприменения (и, как казалось консерваторам - тенденций по-преимуществу либерального свойства), накладывавших отпечаток на деятельность общих судов. С другой стороны, консерваторы, как этатисты, не могло воспринимать вполне нормальным существование судебного органа, не включенного в 'вертикаль' судебной системы империи и выносящего решения с опорой на нормы, к происхождению которых государственная

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>