стительной 'забывчивости' по отношению к истинам, осознанным предками и содержащихся в обычаях. Один из духовных отцов европейского консерватизма, Э. Бёрк, указывал, что 'общественные нравы и склонности' иногда необходимы как дополнения закона, иногда как поправки закона и всегда - как ориентир для законодательства. Законодатель, устанавливающий правила не для обезличенных механизмов, а для людей, обязан 'изучать человеческую природу' и не отворачиваться от 'тех обычаев, которые создаются в обществе под влиянием жизненных обстоятельств'76. Впоследствии, идеологи европейского консерватизма поднимали на щит идеи исторической школы права о роли обычая, а еще позже - идеи Г. Еллинека о важности строго постепенного перехода от обычая к писаным установлениям.
  С теоретической точки зрения ПИРК весьма дорог обычай, который - в качестве источника права - защищает традиционные ценности, закрепляя их своими проверенными временем нормами. Если любая традиция так или иначе обеспечивает целостность культуры, то состоящая из обычаев правовая традиция скрепляет воедино правовую культуру нации. Национальную самобытность не сберечь без передачи накопленного опыта от старшего поколения к младшему. В таком сохранении нуждается и правовая культура ('правовое чувство народа'), вбирающая в себя устойчивые модели правового поведения данной нации на протяжении множества лет.
  Для ПИРК обычай - не побочный продукт развития права. Если правовой опыт народа запечатлен в чтимых обычаях, то, полагает изучаемый нами круг авторов, это одновременно создает возможность и его точного понимания, и предотвращения его утраты.Уже А.С. Хомяков делит весь массив правовых норм на писаное ('наукообразное') право и обычное право. В качестве примера последнего им называются решения мирских сходок сельской общины, основывающиеся на 'юридических началах не совсем доступных нашим юристам и разнящимися от принятых за норму в других землях'.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>