Лицо, борющееся с собственным государством и его законами, предупреждает (противореча сам себе) он, отлучает свое правосознание от положительного права и превращается тем самым во 'врага не только режима, поддерживающего правопорядок, но и самого правопорядка'. Экстремизм, прикрывающийся обещанием достичь 'цель права', оборачивается 'сплошным отрицанием права' как такового63. Как часто это бывает у Ильина мы становимся свидетелями того, как тот же автор берется утверждать нечто противоположное: человек должен подчиняться позитивному праву вплоть до его отмены.
  Как видим, то естественно-правовое начало, которое вносило диссонанс еще в правопонимание Л.А. Тихомирова (ослабляя его консервативный настрой) заметно и у И.А. Ильина. Однако и здесь оно не способно выдержать столкновения с началом позитивистским. Ильин подспудно не мог не чувствовать, что естественно-правовой подход, как правило, дает санкцию на разрушение традиционного порядка, а не выступает его защитником. 'Борясь с положительным правом, стараются оторвать естественное правосознание от положительного правосознания <...> тем самым у первого отнимаются исторически найденные пути осуществления, у второго - его благородные истоки и критерии'. Если некто соглашается черпать свои полномочия из позитивного правопорядка (хотя бы во всем, не касающемся этих правомочий, считаемого несовершенным и заслуживающим коренной переделки), то он, разъясняет И.А. Ильин, тем самым 'уже вступает в сеть государственной и общественной правовой взаимности и должен признать её обратную сторону'64.
  Таким образом, хотя по целой группе 'стержневых' вопросов онтологии права позиция Ильина кардинально расходится с позицией, скажем, К.П. Победоносцева или К.Н. Леонтьева, однако в том, что касается решения не менее обширной и не менее существенной группы вопросов - он далеко не оригинален. Придерживаясь обычного для консервативной антропологии оценки человеческой

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>