ливым и честным людям'149.
  Во всеоружии идей подобного рода И.А. Ильин приступает к анализу более всего его волнующей ситуации - условий предоставления политических прав. Здесь он откровенно заявляет себя противником всеобщего равноправия. Начиная с участия в выборах, политическая деятельность требует от всех вовлеченных в нее некоего минимума интеллектуальных (сознание задач, стоящих перед государством) и волевых (готовность способствовать решению этих задач) задатков. Вследствие чего 'напрасно было бы думать, что всякий человек, достигший двадцатилетнего возраста и не сошедший явно с ума, способен строить государственную власть'. Ильин вводит новое основание правовой дифференциации граждан - основание 'политической недееспособности'. Те, у кого она отсутствует (хотя бы они и обладали полной гражданской дееспособностью) есть 'духовно несовершеннолетние'. К таковым предлагается отнести широкий и довольно-таки размытый круг лиц, которым 'недоступны ни здоровое правосознание, ни истинная лояльность, ни государственный образ мыслей, ни патриотизм'. Эти люди не обладают интеллектуальной и/или волевой предпосылками для несения публичных полномочий, а потому, доказывает Ильин, предоставление им политических прав было бы неправомерно. Публичная дееспособность (избирательные права, право занятия должностей на государственной службе), непременно должна сопрягаться с обладанием 'известным духовным цензом'. Однако Ильин воздерживается от того, чтобы сколько-нибудь внятно раскрыть содержание подобного ценза150.
  Иногда незрелость или деградация коллективного правосознания обусловливают политическую недееспособность большинства населения государства. Тогда заполучение массами политической самостоятельности грозит плачевным исходом, ибо 'народ должен быть вовлечен в государственную жизнь сначала через правосознание, а потом только через политический акт' (подача голосов и избрание). Социально-психологическую

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>