ных групп даже 'важнее, чем монархия', ибо только в таком случае возможно установление безвредных для государственности и культуры соотношений между социальной активностью масс и инициативой элиты. Будучи, безусловно, сторонником самодержавия, Леонтьев, в то же время, воспевает, наряду с абсолютистской Францией, и Англию с её парламентарной монархией, и Венецианскую республику. Его прельщает не столько форма правления, сколько иерархизм и неравноправность ('где по закону, а где только по обычаю, но прочно'), равно присущие социальному устройству всех трех государств. Самодержавная Россия, по мнению К.Н. Леонтьева, обречена на гибель, если 'между толпами и престолом царским не будут возвышаться твердые сословные ступени'128.
  На закрепление различного лично-правового статуса для представителей различных сословий был нацелен ряд акций, предпринятых в рамках курса контрреформ. Прежде всего - введение института земских начальников. Эта мера страстно пропагандировалась в издаваемой и редактируемой В.П. Мещерским газете 'Гражданин' (в 1880-х-нач.1890-х гг. 'Гражданин' становится ведущим печатным органом 'элитаристов', точно так же, как газета 'Весть' была таким органом в 1860-е гг.)129. Авторы, публиковавшиеся в 'Гражданине', считали зависимость распределения материальных и статусных ресурсов от сословной принадлежности (т.е. неравную доступность образования, профессиональных занятий и т.д.) - не просто нормальной, но и остро необходимой для сохранения той 'докапиталистической ситуации, где - по словам В.С. Нерсесянца - само право (формальное равенство, правоспособность, пользование правовой формой и т.д.), а вместе с ним и свобода представляют собой привилегию для некоторых индивидов против остальной части общества'130. Стараясь хоть как-то замедлить коррозию традиционной социальной стратификации, они не могли не ратовать за сохранение (а в чем-то и усиление) юридического неравенства сословий. В этой

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>