ую зависимость между ним и 'обилием оправдательных приговоров' или 'ничтожностью налагаемого наказания'. Попутно высказывалось предложение передать юрисдикцию по большей части наиболее распространенных в сельской местности преступлений административной власти (например, земскому начальнику), ибо она 'стоит ближе к крестьянам' и лучше знакома с их правопониманием, чем 'судейские чиновники'13.
  Не случайно, консерваторы упорно возражали против уничтожения такого вида уголовной репрессии как смертная казнь, бурно откликаясь на попытки поставить под вопрос ее целесообразность и/или правомерность. Выход в свет книги И.С. Дрободари 'Смертная казнь в связи с правом наказания', основной вывод которой сводился к отсутствию у государства права карать смертной казнью, дал возможность юристам и общественности заявить о своем отношении к этому, наиболее тяжелому, виду уголовной санкции. Призыв покончить со смертной казнью нашел поддержку на страницах 'Юридической газеты' в статье присяжного поверенного А. Кремлева и в анонимной брошюре 'Рассуждения Ивана Пасмурного по поводу статьи г. Кремлева'. Этот обмен мнениями не просто не остался незамеченным консерваторами, но вызвал на себя шквальный огонь их критики. 'И зачем эти люди пишут?', - недоумевало 'Русское обозрение'. 'Не поздоровится обществу от такой гуманности прелюбодеев слова', - восклицал 'Гражданин'. Оба издания доказывали неотъемлемое право общества на самозащиту, причем степень суровости мер, принимаемых в рамках такой обороны от преступных действий индивидов, должен быть соразмерен степени серьезности посягательств, вплоть до обезвреживания посягающего путем лишения жизни14. Несколько лет спустя 'Гражданин' гневно порицает Л.Н. Толстого за публикацию статьи 'Не убий никого', где в духе своей идеи о непротивлении злу насилием писатель приравнивал смертную казнь к убийству, узаконенность которого нисколько не меняет его антихристианской сущности15.

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>