Он прекрасно сознавал, что всему сказанному выше уготована участь благих мечтаний, если не будут соблюдены два взаимосвязанных друг с другом условия. Первое из этих условий - государство должно стать субъектом права. Второе условие - народ, разглядев в себе коллективного 'субъекта права, состоящего из множества субъектов права', должен излечиться от застарелых 'язв' своего правосознания.
  Посткоммунистическая Россия, предвидит Ильин, будет остро нуждаться в прочно поставленной и исправно работающей правовой системе. В составленном им конституционном проекте ('Принципиальные основы Русского государства') Россия определялась, в том числе, и как 'правовой союз'. Предусматривалось, что каждый гражданин наделяется своими 'неприкосновенными правами, своими установленными обязанностями, своими ненарушимыми запретностями'. Этот индивидуальный статус подлежит фиксации в законе и 'ограждению властью и судом'. Более того, 'всякое беззаконие, превышение власти и произвол преследуются', а праву 'подчинены все без исключения, основы правопорядка обязательны для всех'.
  В текст конституционного проекта И.А. Ильин включает гарантии ключевых прав личности: 'За нарушение прав граждан должностные лица подвергаются гражданской и уголовной ответственности на общем основании, причем, для привлечения их к суду не требуется согласия их начальства'. Ильин надеялся, что России удастся свернуть с пути попрания законных прав на путь их уважения129. Вместе с тем, отдавая дань верованию, бытовавшему среди большинства консервативных течений послереволюционного периода (от евразийцев до основателей НТС) по поводу вероятного выбора Россией 'третьего пути' между большевизмом и парламентаризмом, ему очень хочется, чтобы государственно-правовое будущее России являло собой правопорядок, исключающий и 'административный произвол', и 'формальное законничество'130.
  * * *
  Как видно, ноты правового нигилизма начинают слышаться, когда

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>