ржанию, т.е. - 'справедливого') могут оказаться просто-таки взаимоисключающими. Тогда 'последовательное и немедленное проведение справедливости разрушает национальное и политическое бытие народа'123. В работах этого мыслителя подробно рассматривается воздействие патриотизма, национального и государственного ('гражданское чувство'), на индивидуальное правосознание, в особенности на правосознание законодателя и правоприменителя. Звучат предупреждения о недопустимости игнорирования в правотворческой, правоохранительной и правоприменительной деятельности фактора политической целесообразности. Правосознание, не проникнутое патриотизмом, никогда не будет в состоянии придать атомизированной социальной массе то единство правопонимания, которого требует природа государственности. Только патриотический тип правопонимания Ильин готов назвать 'здоровым правосознанием'. 'Государственный образ мыслей', свидетельствуя о верных ценностных предпочтениях человека, требуется (наравне с сугубо 'информационным' знанием о содержании нормы), уже рядовому субъекту права. Тем более, в нем нуждаются профессионалы права - академические ученые и практики. 'Патриотизм должен питать мысль ученого юриста, и наука права должна светить гражданину. Тогда ученый будет иметь доступ к подлинному правовому и государственному опыту, тогда гражданин сделает своё чувство предметно осмысленным'124.
  И.А. Ильин посредством телеологического по своей природе тезиса о 'державном задании', возложенном провидением на русский народ ('задании', намного превосходящем 'силу и гибкость русского правосознания'), доказывал, что Россия не может позволить себе роскошь слабой власти, каждый шаг которой законодательно прописан и которая, вдобавок, еще занимается тем, что сама пугливо урезает свои законные полномочия. В законотворческом и правоприменительных процессах он придает важную роль 'искусству права', то есть умению создать (и реализовать) норму,

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>