урсив мой - А.К.> лицо, как на члена общества'. В этой дефиниции сразу же бросается в глаза то, что соблюдать законы она обязывает именно частные лица, тогда как лица должностные, стоящие на страже блага государства, от этой обязанности как бы освобождаются.
  Несмотря на то, что в совершении действий, образующих состав этого преступления, он почти что всегда усматривал похвальное желание проявить 'сильную власть', В.П. Мещерский не призывает снять с должностных лиц, превысивших власть всякую ответственность. Мещерский - против ответственности судебной. В любом случае, чиновник судебного ведомства перед тем, как возбудить следствие по обвинению администратора в самоуправных действиях, должен 'выяснить, насколько буквальное исполнение закона может повредить авторитету того правительственного учреждения, которое должностное лицо изображает'. Преследование (расследование и наказание) должностных преступлений административным путем кажется поэтому предпочтительней судебного. Если губернатор, будучи делегатом правительственной власти во вверенном его попечению регионе, рассуждает: 'служащий, может быть и виноват, но я взыщу с него административным порядком, чтобы не дискредитировать учреждение', то такой губернатор, учит Мещерский, олицетворяет единственно правильное ('государственное') понимание принципа 'законности'. Именно так рассчитывал он избежать разрыва между незыблемым для него принципом ограждения правительственного авторитета и принципом ответственности за нарушение закона102.
  Забота об очищении управленческих отношений от всего, что хоть как-то могло составить помеху сильной (т.е. несдерживаемой правовыми 'препонами') власти, толкает В.П. Мещерского выступить против обжалования крестьянами в уездный суд решений земского начальника. В допущении самой возможности подобного опротестования ему мерещилось посрамление целого института, который для сельского населения был призван служить зримым

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-283 * збірник літератури №33 * >>>далее>>>