тому же в Мадриде находился тогда Пиночет, присутствовавший на похоронах Франко, и это было достаточным основанием для демонстративного отказа. Но Пиночет, не получивший приглашения на коронацию, покинул Мадрид, и это несколько облегчило согласие на присутствие президентов Франции, ФРГ и Ирландии.
  Не было единодушия и среди монархов, как царствовавших, так и находившихся в изгнании. Поскольку отец Хуана Карлоса дон Хуан не стал королем, многие королевские семейства не сочли возможным присутствовать на коронации, тем самым подтвердив свой отказ признать правомочным "Закон о наследовании". Исключение составили принц Филин, герцог Эдинбургский, принц Бертиль (Швеция), принц Альберт Льежский, брат короля Бодуэна, князь и княгиня Монако, брат короля Саудовской Аравии, сыновья короля Марокко.
  Непризнание монархов больно задевало Хуана Карлоса. Но самым горьким для него было неверие самих испанцев в его способность вывести страну из тупика, в который ее завела диктатура; королю было известно, что на улице его называют "Эль Древе", т. е. "Короткий". Но в хор пессимистов врывались и оптимисты.
  Еще 20 ноября 1975 г. "Котидьен де Пари" предрекала: "Хуан Карлос, не принимавший участие в гражданской войне и не запятнанный кровью репрессий, пойдет по пути преобразований. Если они не будут исходить из дворца, их проведет сам народ".
  Внимая тронной речи короля 22 ноября 1975 г., присутствовавшие на церемонии с удовлетворением отмечали, что король засвидетельствовал "самое почтительное уважение к церкви", а в качестве примера, достойного подражания, сослался на те "великие и преуспевающие страны", которые "больше других сумели отнестись с уважением к собственной истории". Для многих прошел незамеченным призыв Хуана Карлоса к тому, чтобы "с благородством и высотой помыслов все поняли, что наше будущее будет основываться на действенном

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-766 * збірник літератури №32 * >>>далее>>>