|
адные ворота [в столицу] вступил Тан Хун-фу. Столичные жители в восторге кричали: "Пришло императорское войско!" Пять тысяч отборных солдат Ван Чу-цуня, на которых как отличительный знак были белые головные повязки, ночью вступили в город и начали убивать разбойников. Жители Ча-наня сказали им, что Хуан Чао бежал, и тогда в столицу быстро стали вступать биньчжоуские и цзиньюаньские войска. Солдаты рассеялись по домам и, сняв доспехи, бросились на драгоценности и вещи, насилуя женщин и мальчиков. Рыночные парни, повязав головы белыми повязками, как у солдат, также предались грабежам и бесчинствам. Хуан Чао, остановившийся в поле неподалеку, послал в город разведчиков, и когда они сообщили, что [правительственные войска] разбрелись и грабят, он отправил Мэн Кая с несколькими сотнями разбойников с тем, чтобы он внезапно напал на биньчжоуские и цзиньюаньские войска. Приняв повстанцев за императорскую армию, столичные жители восторженно встретили их. Когда воины хватают драгоценности и вещи, они не побеждают. Солдаты, услышав о приближении разбойников, были уже так тяжело нагружены, что не могли передвигаться и потерпели жестокое поражение. Захватив Тан Хун-фу, разбойники убили его, а Ван Чу-цунь отступил в укрепленный лагерь41.
Возвратившись в столицу, Хуан Чао, озлобленный тем, что народ приветствовал императорские войска, устроил резню. Было убито 80 тыс. человек, по улицам кровь текла потоками, так что через них нужно было переправляться, как через реки. Это он называл омовением города. [Правительственные] армии отступили и укрепились в Угуне...
В то время люди, жившие недалеко от столицы, чтобы защититься, загораживали ущелья завалами из бревен. Так как крестьяне не могли обрабатывать землю, то доу риса поднялся в цене до 30 тыс. цянь (монет). Начали питаться древесной корой. Были и
|