|
ого одного из наиболее молодых независимых государств Африки шла острая борьба между, 'казалось бы, двумя политическими группировками, ориентировавшимися соответственно на социализм и СССР, либо капитализм и помощь со стороны ЮАР, а также США. Если изменить уровень наблюдения и, оставив в стороне верхние эшелоны власти и высшие политические задачи, обратить внимание на тех, кто воевал, то окажется, что за Луандой и ее властями шли одни племенные группы, а за Савимби - другие, этнически близкие именно ему. И так в основном везде. И кровавый Иди Амин в Уганде опирался на поддержку своего племени и был изгнан из страны тогда, когда лидеры иных этнических групп
той же Уганды сумели, правда, с помощью соседей одолеть его и его сподвижников.
Трибализм- это своего рода знамя, символ современной Африки. Гордиться им не приходится, но и обойтись без него никто не может. В дни вооруженных конфликтов он выходит на передний план в его наиболее резкой форме, генетически восходящей все к тому же классическому и всем понятному членению на "наших" и "чужих". Но и в дни относительной стабильности он незримо присутствует в каждой из стран, накладывая свой весомый и очень заметный отпечаток на ее жизнь, в первую очередь политическую, хотя и не только. Стоит заметить, что лидеры африканских государств лучше других понимают это и со своей стороны делают все, чтобы держать трибализм в приемлемых рамках. Совсем обойтись без него они не в состоянии - на кого еще им опереться в трудную минуту, как не на своих? Ведь сколько-нибудь развитой и устоявшейся социально-классовой структуры ни в одном из молодых африканских государств, о которых идет речь, пока нет. Она, эта структура, в лучшем случае только формируется, да и то далеко не везде. Однако в то же время политические лидеры хорошо осознают, что ради достижения желанной стабильности необходимо держать трибализм и все связанные с ним племенные и иные предпочтения в
|