калорийных сельскохозяйственных продуктов, что опять-таки явно не стимулирует трудовой активности - напротив, охлаждает ее. Отсюда невысокие трудовые усилия, низкая производительность труда. Но самое главное, корень всего в том, что все это вкупе не просто консервирует отсталость, но не способствует созданию излишков - тех самых излишков, того самого избыточного продукта коллектива, оез которого и после перехода к производительному труду нет материальных условий для возникновения развитого стратифицированного общества, для сложения устойчивых государственных образований с разделением труда и необходимым обменом деятельностью.
  Правда, как бы ни был мал объем излишков, в Африке все же возникали ранне- и протогосударственные образования, которые --•мндиди"• та---оДптцвму и уягтпвиу прчнИПаУ, Н ОСНОВС СТРОГО соблюдавшихся норм кровнородственных связей, возрастных групп, племенной общности (трибализма) и т. п. Но показательно, что
  
  административно-территориальные и чиновничье-бюрократические формы и органы власти были при этом крайне слабыми, неразвитыми и неэффективными, что и неудивительно: для содержания всех этих оторванных от производства слоев у общества просто не было средств. Конечно, случались и нередкие исключения, когда средства все-таки находились. Но беда в том, что эти средства черпались из источников, внешних по отношению к общине,- из контроля над транзитной торговлей, использования природных ресурсов, (например, золота). В принципе это нормально и естественно, но на практике приводило к той самой неустойчивости и слабости, недолговечности надобщинных политических структур, о которой уже шла речь. Африканская община с ее первобытным примитивизмом не была достаточно надежной основой для того, чтобы на ней устойчиво удерживались эфемерные прото- и раннегосударственные образования (это, естественно, касается и кочевых обществ), а попытки опереться на иную основу, внешнюю по отношению

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-684 * збірник літератури №31 * >>>далее>>>