|
ыл весьма ограничен.
Внутренняя слабость японского капитализма толкала его на ограбление Китая и других стран. Но это как раз и породило монополию военщины.
Императорское обращение 1889 года установило, что все наиболее важные вопросы, относящиеся к армии и флоту, докладываются императору начальниками соответствующих штабов, помимо кабинета и даже помимо военного и морского министров. Последние должны были принадлежать к высшему военному командованию и состоять на действительной военной службе. А так как кабинет не мог быть сформирован без военного или морского министров, военная клика получала возможность прямого влияния и на состав кабинета, и на его деятельность.
В 1913 году генералитет получил согласие императора на увеличение армии и флота не только помимо парламента, но и помимо кабинета, причем премьер узнал об этом решении уже после того, как оно состоялось.
7. Своеобразное положение японского кабинета определялось, с одной стороны, его зависимостью от императора и придворной камарильи, с другой - почти полной независимостью от парламента. Его не могли свалить ни вотум недоверия, поскольку последний не был известен японской теории и практике, ни отставка отдельных министров, поскольку ни один закон не предусматривал коллегиальной ответственности министров', ни даже отклонение бюджета парламентом, так как конституция разрешила в этом случае применение бюджета предшествующего года.
Исключение из этого правила могло иметь место только после отставки морского или военного министра в случаях, когда военные саботировали вхождение в данный кабинет.
Японский кабинет не был многочисленным. В первый период своего существования он состоял из 10 человек: министра-президента, министров иностранных дел, внутренних дел, финансов, военного, морского, юстиции, просвещения, сельского хозяйства
|