|
з речей: "Уже начинают покупаться голоса. Развращение и пороки проводятся в избирательную массу (возмущенные крики оппозиции). Не прерывайте меня, иначе я назову имена (оппозиция тотчас смолкает). Кандидатуры делаются предметом публичного торга. Возникает новый предмет торговли, новая политика помещения капиталов в избирательный округ. Да, есть округа, на которые набросились разные промышленники, рассчитывая, что избирательные расходы все-таки будут стоить меньше, чем те выгоды, которые могут получиться для их фирм".
Состав палаты депутатов был очень пестрым вследствие царившей здесь многопартийности. В то время как в Англии или Соединенных Штатах господство попеременно пребывало в руках одной из двух партий, во Франции его добивались по крайней мере десяток, а то и более клик. Здесь не было единой монархической партии, но сразу три. Здесь не было единой республиканской партии. Бурная политическая история (начиная с 1789 г.), с одной стороны, необычайная дробность социального состава страны - с другой, породили разнообразие политических группировок: одни принимали "идеал" республики 1795 года, другие защищали режим 1875 года, третьим нравилась республика 1848 года.
Названия, которые избирали себе разнообразные политические группировки в стране и парламенте, служили прикрытием их действительных намерений.
Либералами, например, называли себя те, кто требовал введения "закона божьего" в правительственных школах; демократами и даже левыми демократами называли себя представители крупного землевладения и только потому, что они разрешали себе Критиковать политику крупнокапиталистических кругов. Слова переставали что-нибудь значить. По ним ничего нельзя было ронять. Для этого существовали другие определители. Если республиканец выступал с прилагательным "искренний", в нем, не без основания, различали скрытого
|