|
оружием станет для просветительной философии "естественное право", когда придет время покончить с феодализмом.
Неизбежным результатом рецепции сделался антагонизм местного и римского права. Воспитанные на римском праве, юристы королевских судов пренебрегали кутюмами, вводили в процесс массу формальностей, видоизменяли действие целых институтов и пр., достигая этого как судебными решениями, так и еще больше эдиктами и ордонансами.
Когда королям было выгодно, они прибегали к кутюмам, например при взыскании феодальных платежей; в других случаях, уничтожая самостоятельность городов, сеньориальный суд и т. д., они предпочитали римское право.
При всем том рецепция римского права принесла с собой немало худого. Дуализм обычного и римского права открывал неограниченные возможности для судебного -произвола. На основе более чем "свободного" толкования права расцветают казуистика, "схоластические", оторванные от реальных условий толкования закона, увлечение формально-логическими толкованиями, часто
ложными, надуманными.
С рецепции римского права утверждается за юристами дурная слава, которая и до сих пор дает себя знать. Ребенок, открывая книгу сказок, читает в лучшей из них ("Кот в сапогах"): "Один мельник оставил детям в наследство мельницу, осла и кота. Дети скоро поделились, не призвав при этом ни нотариуса, ни прокурора. Ведь те разом бы проглотили все их наследство". Эти слова, написанные Перро в XVII веке, выражали собой подлинно народную традицию. Английский поэт XIV века Чосер, рисуя своего адвоката, пишет: "Нигде не было такого неутомимого приобретателя". А знаменитый французский фарс о Патепене-адвокате, отъявленном мошеннике! Или немецкая сатира Бебеля (XV в.) на адвоката, который, сделавшись монахом, стал вдруг проигрывать дело за делом в ущерб своему монастырю. Вот его оправдание: "Я не
|