енной трусостью! Сколько ни ворчали на
  фронте, как ни крепко бранились там солдаты, это ничего общего не имело
  с отказом от исполнения своих обязанностей, а тем более с восхвалением
  трусости. О нет! На фронте трус все еще считался трусом и ничем другим.
  Труса на фронте попрежнему клеймили всеобщим презрением, а к подлинным
  героям относились с преклонением. Здесь же, в госпитале, настроение уже
  было прямо противоположное. Здесь наибольшим успехом пользовались самые
  бессовестные болтуны, которые с помощью жалкого "красноречия" высмеивали
  мужество храброго солдата и восхваляли гнусную бесхарактерность трусов.
  Тон задавали несколько совершенно жалких субъектов. Один из них открыто
  хвастался тем, что он сам нарочно поранил себе руку у проволочных заг-
  раждений, чтобы попасть в лазарет. Несмотря на то, что ранение было со-
  вершенно пустяковое, субъект этот находился в больнице уже давно, хотя
  все знали, что он попал сюда мошенническим путем. И что же? Этот негодяй
  нагло выставлял себя образцом высшего мужества и считал свой "подвиг"
  куда более ценным для родины, нежели геройская смерть честного солдата
  на фронте. Многие выслушивали эти речи молча, другие отходили в сторону,
  но иные открыто соглашались с ним.
  Меня прямо тошнило от этих речей, но сделать ничего нельзя было;
  субъект этот спокойно оставался в лазарете. Больничное начальство конеч-
  но прекрасно знало, кто

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-953 * збірник літератури №30 * >>>далее>>>