или иных кандидатов или против них. Заметим, что данное определение предвыборной агитации гораздо шире по своему содержанию и объему в сравнении с тем, что содержалось в прежнем Федеральном законе от 6 декабря 1994 г. "Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации" (ст. 2). Оно охватывает собой не только деятельность, побуждающую избирателей к голосованию за тех или иных кандидатов или против них, что было характерно и для прежнего законодательства, но и имеющую целью побудить или побуждающую избирателей к участию в выборах.
  Такой расширительный подход законодателя к трактовке предвыборной агитации выглядит вполне оправданным, так как позволяет при ее оценке абстрагироваться от персоналий кандидатского корпуса. В противном случае не имеющая конкретной личностной направленности деятельность, рассчитанная на стимулирование участия граждан в выборах, неминуемо осталась бы за рамками предвыборной агитации. А это чревато тем, что при ее осуществлении установленные законодательством правила предвыборной агитации и ответственность за их нарушение не распространялись бы на субъектов, имеющих целью своей деятельности исключительно побудить избирателей к участию в выборах безотносительно их симпатий к конкретным кандидатам.
  Вместе с тем, остается неясным, по каким причинам за рамками законодательной конструкции предвыборной агитации осталась деятельность, имеющая своей целью побудить или побуждающая избирателей к отказу от участия в выборах. Вследствие этого призывы и действия, направленные на бойкот выборов как таковых по различным причинам, не могут быть с формально юридической точки зрения расценены как предвыборная агитация. По нашему мнению, это является серьезным упущением федерального законодательства, поскольку фактически исключает подобные действия из орбиты правового регулирования и тем самым создает благоприятную почву для проявления злоупотреблений в данной

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-383 * збірник літератури №20 * >>>далее>>>