едварительных договоров. По крайней мере не было никаких сомнений в том, что уклонение стороны от заключения основного договора представляет собой обычное нарушение обязательства (договора) и должно влечь за собой возмещение причиненных убытков. Вопрос о том, можно ли обратиться в суд по поводу понуждения заключить договор, опираясь, в частности, на ст. 221 ГК ("Обязанность должника, возместившего убытки, исполнить обязательство в натуре"), оставался открытым <*>.
   --------------------------------
   <*> Интересно отметить, что судебная практика в дореволюционной России отвергала саму постановку вопроса об обязании заключить договор, вытекающий из предварительного договора. Соответственно признавалось: "Никто не может быть принужден к заключению договора, хотя бы даже и обязался заключить таковой, причем неисполнение этого обязательства можетъ влечь за собою только ответственность за причиненные этим убытки (69/505; 74/880; 76/197 и др.)" (Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената. СПб., 1911. С. 976. В скобках приведены год и номер решений Правительствующего Сената).
   В проекте книги пятой Гражданского уложения России ("Обязательственное право") отсутствовали общие нормы о предварительных договорах. Предварительному договору были посвящены лишь две статьи главы "Заем" (ст. ст. 387 - 388). При этом единственным последствием неисполнения обязательства по договору о заключении договора займа в будущем было право требовать возмещения убытков.
  
   Явный пробел ГК 64 был восполнен Основами гражданского законодательства 1991 г. В специальной статье (ст. 60) определялись порядок заключения, обязательные требования к форме и содержанию предварительного договора, а также к последствиям его нарушения, включая возможность заявления требования о понуждении заключить договор.
   ГК пошел по пути Основ гражданского законодательства

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-1214 * збірник літератури №2 * >>>далее>>>