44й части первой / Уголовного кодекса //». Или: «Но ведь все кончилось / все кончилось / с момента появления потерпевшей//».
  Чтобы понять, как воздействует фактор устности на языковые характеристики судебной речи, сравним текст речи, написанный до судебных прений, часть которого адвокат по нашей просьбе должен был репродуцировать, и устный текст этой же речи:
  «Самолет ТУ154 временно потерял ориентировку, не зная своего местонахождения, а диспетчеры разных РЦ вели его к аэропорту назначения, не видя его на локаторах, не направляя его, когда он сбился с курса и в конце концов потерялся».
  Устный текст:
  «Самолет ТУ154 / выполнявший рейс из Москвы в Красноярск / временно / потерял ориентировку / не знал своего местонахождения / а диспетчеры / разных радиоцентров / не буду их перечислять / представители которых / сидят па скамье подсудимых / вели самолет / к аэропорту назначения / не видя на локаторах / »е зная точного местонахождения / не направляли его / когда он сбился с курса /и в конце концов вообще потеряли // Это конечно не помощь ' экипажу / не помощь //».
  
  В устной речи появились повторы, речевые отрезки, которых в письменном тексте нет (они выделены); даже в тех частях текста, которые оратор старался репродуцировать, изменилось построение высказываний: деепричастия заменились глаголами, что характерно для устной речи (не зная — не знал, не направляя — не направляли).
  «И еще вопрос: случайно или целенаправленно экипаж нашел ориентировку? На мой взгляд, вопрос праздный, не имеющий никакого отношения к решению вопроса об ответственности. Главное в том, что экипаж сам, без посторонней помощи восстановил ориентировку и приземлился на своей полосе в аэропорту Красноярск. Учитывая напряженную возникшую ситуацию, за самообладание, летное и штурманское искусство мы должны быть благодарны экипажу. Но вместо благодарности при отсутствии

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-196 * збірник літератури №14 * >>>далее>>>