казать помощь Куркину / желая / мм / в силу своих профессиональных обязанностей / это сделать / я тем не менее / в начале своего выступления / не могу не выразить / искреннего соболезнования / потерпевшим / которые в результате этого нелепого случая / лишились сына / молодого человека / в расцвете сил и здоровья //».
  Вопросы этики, уважительного отношения к подсудимому поднимались в судебных речах дореволюционных и советских адвокатов. Н.П.Карабчевский, защищая Мироновича, обвинявшегося в убийстве, спрашивает: «Что было в
  
  распоряжении властей, когда Миронович был публично объявлен убийцей и ввержен в темницу?» и отвечает:
  «Достаточно было... констатировать, что хозяином ссудной кассы был не кто иной, как Миронович, прошлое которого будто бы не противоречило возможности совершения гнусного преступления, насилия, соединенного с убийством, и обвинительная формула была тут же слажена, точно сбита накрепко на наковальне... В этом прошлом обвинительная власть ищет прежде всего опоры для оправдания своего предположения о виновности Мироновича. Но она, повидимому, забывает, что, как бы ни была мрачна характеристика личности заподозренного, все же успокоиться на «предположении» о виновности нельзя. Ссылка на прошлое Мироновича нисколько не может облегчить задачи обвинителям. Им все же останется доказать виновность Мироновича. Этого требуют элементарные запросы правосудия...»
  Продолжает эту мысль С.ААндреевский, также защищавший Мироновича: «О личности Мироновича попрежнему молчу. Но если бы он и был грешен, возможно ли поэтому рассчитываться с ним за деяния другого? И где же? В суде, от которого и падший поучается справедливости, потому что здесь он должен услышать высокие слова: «получи и ты, грешный, свою долю правды, потому что здесь она царствует и мы говорим ее именем».
  Мысль об уважении человеческого достоинства подсудимого выражена

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-196 * збірник літератури №14 * >>>далее>>>