|
ет правильный / и должный вывод / именно в этом плане / именно в плане отказа от спиртных напитков / и это будет / верная гарантия того / что каждый из них / скоро станет / нужным для страны человеком». Логическому завершению темы может служить обрамление — прием, состоящий в том, что в заключении повторяется (или варьируется) мысль, выраженная во вступлении. Московский адвокат А.С.Экмекчи речь по делу Цыгаровой начал с характеристики личности подзащитной: «Товарищи судьи! 12 лет работала здесь врачом Вера Михайловна Цыгарова. Тысячи больных спасены ею. Зимой в пургу, осенью в слякоть, глухой темной ночью но первому зову она отправлялась в дальние селения, чтобы оказать помощь больным. Десятки писем в ваш адрес, оглашенные в суде, характеристики, показания свидетелей рисуют нам облик самоотверженного врача, любимого населением». Доказав невиюсть подсудимой, оратор в заключение сказал: «Цыгарова невиновна, :;левстана, она должна быть оправдана. И я уверен: еще долгие и долгие годы, как и ю, в ночную тьму, в снежную стужу и осеннюю слякоть но первому зову людей . тельный советский врач Вера Михайловна Цыгарова будет спешить к ним па щь, облегчая страдания и творя добро». Подобные Примеры МОЖНО ПрИП из речей А.Ф.Кони'. В этом случае заключение достраивает, занает логическую рамку судебной речи, делает то, о чем писал .Кони: «Конец речи должен закруглить ее, то есть связать с нача•>. Вот почему многие речи русских дореволюционных судебных оров начинались и заканчивались обращением к присяжным заселям. «Эмоциональная сила заключительной части судебной речи, — пишет Е.А.Матвиенко, — зависит не столько от яркости образов, сколько от идейного содержания, от того смысла, который в нем заключен».
Подумайте над советами риторов: 1) заключение должно содержать резюме аргументации... и вызвать эмоции публики; 2) заключение требует точности изложения
|