е торговцы валютой.
  4. Практика видит коллизию между уголовным и неуголовным, в данном случае таможенным, законодательством, фактически решая ее в пользу последнего, в том, что из смысла ч. 2 ст. 279 ТК РФ следует: заявление при перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу недостоверных сведений, которые не влияют на принятие таможенным органом Российской Федерации решения о таком перемещении, не является контрабандой. Согласно мнению Верховного Суда недекларирование товаров, подлежащих декларированию, либо заявление в декларации о товарах недостоверных сведений, которые не влияли или не могли повлиять на принятие таможенным органом решения об их пропуске через таможенную границу, состава контрабанды не образует . Следуя же буквальному смыслу ст. 188 УК РФ, подобные действия контрабандой являются. Несложно представить, какие последствия для борьбы с контрабандой будет иметь приведенное решение Верховного Суда.
  Перечень этот можно продолжить.
  Опасность сложившегося положения и необходимость противостоять проиллюстрированной тенденции подтверждается еще тем, что, как следует из изучения проблем правоприменения, подобная практика разлагающе действует и на иные "участки" борьбы с экономическими преступлениями уголовноправовыми средствами. "Наступления" нет и там, поскольку теоретическое обоснование возможностей усиления такой борьбы далеко не всегда находит поддержку у прокуроров и следователей.
  Какие же "наступательные" возможности не использует правоприменитель? Результаты каких теоретических разработок он не берет на вооружение? Наиболее очевидно это демонстрирует анализ практики привлечения к ответственности за налоговые преступления:
  1. В связи с изменениями, внесенными в уголовный закон в 1998г. (появление указания на "иной способ" уклонения от уплаты налогов), ст. 198 УК РФ ныне охватывает

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-196 * збірник літератури №11 * >>>далее>>>