исциплинарного взыскания самой адвокатской корпорацией, вплоть до исключения из ее рядов (адвокат должен быть хорошим психологом...). Надо понимать, что непринятие адвокатами мер к предотвращению конкретных готовящихся преступлений ставит адвокатов вне законопослушной части общества. (Напомним, что адвокаты в этой ситуации действует одновременно и в интересах конкретного клиента, ибо отговорив, помешав ему совершить преступление они, тем самым либо освобождают его от уголовной ответственности, либо снижают ее "размер", так как наказание за подготовку, покушение всегда ниже чем за преступление доведенное до конца). Доверие к адвокатуре со стороны общества нельзя записать в текст закона, оно формируется из поведения каждого адвоката в отдельности и всей адвокатуры в целом, призванной служить обществу, оказывая правовую помощь нуждающимся в ней, но не "юридическое обеспечение" криминальному миру в его преступной деятельности.
  Ситуация становится совершенно иной, если адвокату становится известно о факте совершенного преступления. В данном случае преступление уже совершено, его последствия уже наступили. Адвокат не вправе сообщать кому-либо сведения ни о факте совершенного преступления, ни о том, кто его совершил, ни о том где "прикопано награбленное", словом, ни о чем, что стало ему известно в связи с исполнением своих профессиональных обязанностей. Конечно, общество заинтересовано в том, чтобы "вернуть похищенное", чтобы "ни один преступник не ушел от ответственности" и т.д., но это уже не функция адвокатуры. Здесь вступает в действие определенное "табу" - адвокат на может сотрудничать с правоохранительными органами в раскрытии уже совершенных преступлений, не смотря на всю очевидность негативных последствий "нераскрытия" любого противоправного деяния.
  Когда разглашение конфиденциальной информации требуется по закону или по правомерному требованию

<<<назад<<< * перейти на стр. 1-201 * збірник літератури * >>>далее>>>