|
ка и соглядатая... Претор пришел к нему для приветствия с двойными табличками под одеждой... Август заподозрил, что он прячет меч, однако не решился его обыскать на месте, опасаясь ошибиться; но немного спустя он приказал центурионам и солдатам стащить его с судейского кресла, пытал его, как раба, и, не добившись ничего, казнил, своими руками выколов наперед глаза".
Наследник Августа Тиберий казнил воина за то, что тот украл павлина из его сада, и чуть не до смерти засек центуриона за то, что носилки Тиберия запутались в терновнике. Перечислять его злодеяния слишком долго, замечает Светоний. "Со многими вместе осуждались их дети и дети их детей... Обвинителям, а часто и свидетелям назначались любые награды..." Когда однажды пыткам подвергли случайного человека и это вскрылось, Тиберий приказал его во избежание скандала умертвить. На глазах императора осужденных бросали в море, и матросы добивали их баграми.
Об императорах Калигуле, Нероне и других можно сказать то же самое. В момент острой политической борьбы право на убийство определенных лиц предоставлялось всем, включая рабов.
Особого упоминания заслуживает закон об "оскорблении величия римского народа". Сформулирован он был очень неопределенно. Под этот закон можно было подвести все, что угодно правительству. Малейшее недовольство, неосторожное слово или неугодная острота, недостаток лести, равно как и излишек ее, могли быть сочтены преступлением.
Столь же неопределенным было преступление, квалифицируемое как "оскорбление величества". Под этим понималось, конечно, оскорбление императора.
Монтескье упоминает о сенатус-консульте, приравнявшем к оскорблению величества расплавку неудачно отлитых статуй императора. Римские юристы всерьез обсуждают вопрос, можно ли судить за то, что брошенным камнем попали нечаянно в статую императора. Некто
|